Базанов Василий Григорьевич (1911-1981)

Биография | Список трудов
 
Show as single page

 

В историю советской науки В. Г. Базанов вошел как выдающийся исследователь русской литературы, автор широко известных книг о декабристах и поэтах пушкинской поры, горячий энтузиаст народознания, открывший многие новые пути в изучении народного творчества и народной культуры.

В русской литературной науке еще на заре ее существования сложилась одна поистине замечательная традиция: русский ученый-филолог, какова бы ни была его основная специальность — древняя литература или фольклор, западноевропейская филология или же отечественная литература нового времени, — всегда был, как правило, человеком необычайно широкого научного кругозора и исключительного разнообразия научных интересов, среди которых — и это следует особенно подчеркнуть — особо важное место занимали вопросы народной поэзии. Ф. И. Буслаев и А. Н. Веселовский, А. Н. Пыпин и Л. Н. Майков, Я. К. Грот и Н. С. Тихонравов — эти ученые, стоявшие у истоков русского литературоведения, не только заложили его основы, но и воплотили в себе характернейший тип русского филолога.

Развитая и укрепленная в дооктябрьской русской науке такими выдающимися учеными, как А. А. Потебня, С. Ф. Ольденбург, М. Н. Сперанский, традиция эта была продолжена в советское время целым рядом исследователей — А. С. Орловым и В. Н. Перетцем, В. М. Жирмунским и В. Я. Проппом, А. П. Скафтымовым и М. М. Бахтиным, Н. И. Конрадом и В. В. Виноградовым, В. П. Адриановой-Перетц и Д. С. Лихачевым.

В этом же ряду стоит и имя Василия Григорьевича Базанова.

Свой путь в науке В. Г. Базанов начал очень рано (университет он окончил в 1931 г., двадцати лет от роду). Столь же рано определились и его научные интересы и вкусы: уже в первых своих статьях он заявил о себе как исследователь, которого интересуют фольклорные истоки литературы, та сложная, проникнутая борьбой различных литературно-общественных традиций атмосфера, в которой происходит творческое становление писателя. Такая направленность научных интересов возникла у него естественно и органично: изучение фольклора Карелии, края, который в классические времена русского собирательства называли «Исландией русского эпоса», сделало естественным его обращение к материалам и творческому наследию многих выдающихся деятелей русской культуры, внесших огромный вклад в дело отечественного собирательства; в свою очередь изучение их творчества по необходимости включало в себя исследование принципов их работы с фольклором и — шире — изучение современного им состояния фольклорной традиции. Наиболее известные работы В. Г. Базанова «карельского» периода — статьи «О поэзии Глинки (1938), «Фольклор Советской Карелии» (1938), «Родина народных певцов и сказителей» (1940), «П. И. Рябинин-Андреев и его предки» (1940), книги «За колючей проволокой. Из дневника собирателя народной словесности» (1945), «Карельские поэмы Федора Глинки» (1945).

В этот же период в творчестве В. Г. Базанова наметился еще один важный аспект, который в дальнейшем приобретет в его трудах совершенно особое значение: его научные интересы со временем все более сосредоточиваются на творчестве поэтов пушкинской поры, главным образом поэтов-декабристов, вследствие чего и социально-эстетическая роль фольклора открывается ему многими новыми своими стронами. Прослеживая эту роль в творчестве Ф. Глинки, К. Рылеева, А. Бестужева, В. Кюхельбекера, А. Одоевского, выявляя особое значение, которое имел фольклор в становлении их взглядов на народную жизнь, В. Г. Базанов, в сущности, уже тогда очень близко подошел к мысли о фольклоре как источнике революционного народознания, к мысли, которая в будущем составит основу его наиболее фундаментальных исследований.

С 1945 г. научная деятельность В. Г. Базанова тесно связана с Институтом русской литературы (Пушкинским Домом) АН СССР. Продолжая углубленную разработку проблем декабристской литературы (книги «Вольное общество любителей Российской словесности» (1949), «Поэтическое наследие Федора Глинки» (1949), «Поэты-декабристы» (1950), «Очерки декабристской литературы. Публицистика. Проза. Критика» (1953)), В. Г. Базанов, как и прежде, ведет обширную работу в области фольклористики. Он пишет ряд исследований по истории фольклористики («А. Ф. Гильфердинг и его “Онежские былины”» (1949), «Павел Иванович Якушкин» (1950)), принимает активное участие в издании многих крупных памятников русского фольклора, направляет собирательскую работу фольклористов института. В 1958 г. он становится во главе редакции только что организованного журнала «Русская литература», «фольклорный» отдел которого вскоре же превращается в один из крупнейших центров фольклористической работы в стране.

На протяжении 50—60-х гг. В. Г. Базанов опубликовал целый ряд статей, по проблематике своей настолько оригинальных и необычных, что в них поначалу далеко не сразу угадывалась связь с традиционными проблемами фольклористики. Это статьи «И. И. Введенский и Н. Г. Чернышевский (К истории русской фольклористики)» (1956), «Семейные и местные предания в “Автобиографии” Н. Г. Чернышевского» (1958), «Н. Г. Чернышевский и А. С. Зеленой (К проблеме народного просвещения)» (1959), «Новые люди или нигилисты? (К истории русского демократического народоведения)» (1959), «Поэма “Кому на Руси жить хорошо” и крестьянское политическое красноречие» (1959), «Добролюбов и народознание» (1962), «Илья Муромец — крестьянский революционер» (1963), «Накануне “хождения в народ”» (1964), «К истории тюремной поэзии революционных народников 70-х годов» (1966), «Проблема “литературного фольклора” в русском революционном движении XIX в.» (1968), «Хождение в народ и книга для народа» (1970). Не вполне очевидной была на первых порах связь этих работ и с проблематикой предшествующих исследований самого В. Г. Базанова. Однако уже после статьи «Новые люди или нигилисты?» и особенно статьи «Добролюбов и народознание» стало ясно, что В. Г. Базанов продолжает разрабатывать «свою» тему, но при этом горизонты ее обозначены им настолько широко и смело, что появились все основания говорить о принципиально новом подходе к изучению фольклора, о новом и чрезвычайно перспективном направлении в фольклористике.

Итогом этих многолетних разысканий явилась книга «Русские революционные демократы и народознание» (1974). Сформулировав в ней основные принципы своего подхода к изучению фольклора, В. Г. Базанов блистательно продемонстрировал их на огромном фактическом .материале.

Суть этого подхода заключается прежде всего в том, что фольклор рассматривается не только как предмет специальной науки — фольклористики, — традиционно выводимой из литературоведения и этнографии, но и как часть предмета более широкой, более всеобъемлющей социально-научной дисциплины — демократического народознания. «Фольклористика, — пишет В. Г. Базанов, — входит в народознание, составляет один из важнейших разделов науки о народном мировоззрении, об экономической, умственной и эстетической жизни русского крестьянина... В нераздельности проблем — литература и фольклор, народный быт и революционное просвещение, социология и фольклористика — состоит своеобразие демократического народознания на втором этапе освободительного движения в России» (Базанов Вас. Русские революционные демократы и народознание. Л., 1974, с. 6).

Отсюда вытекает и второе, не менее важное, методологическое требование, предписываемое исследовательской стратегией демократического народознания, — необходимость жанрового расширения понятия «фольклор». «Чтобы понять своеобразие демократической фольклористики, принявшей на себя функции социалистического народознания, необходимо расширить само понятие фольклор. Если изучение фольклора ограничивать ведущими жанрами (былины, сказки, песни, обрядовая поэзия), то народное творчество пореформенной эпохи будет явно сужено, представлено односторонне. Не успевая укладываться в законченные художественные формы и композиции, современная крестьянская действительность, в частности борьба за землю и волю, находит наиболее полное отражение в толках и слухах, в местных преданиях, которые еще не являются собственно художественным фольклором. В связи с новым публицистическим фольклором временнообязанных крестьян особого внимания заслуживают агитационные речи «возмутителей» и «лжетолкователей» царского манифеста. Народные толки: и крестьянское политическое красноречие, на наш взгляд, многое определяли в судьбах традиционного крестьянского фольклора. Летучая публицистика способствовала идейному переоформлению традиционных сюжетов, распространению социальных мотивов, злободневности материала» (там же, с. 7).

Такое понимание фольклора позволяет лучше представить многообразие его форм, сложный и противоречивый характер его исторической жизни, специфику историко-фольклорного процесса в целом. Раскрывая научный и социально-политический смысл теоретических положений Чернышевского и Добролюбова, привлекая богатейший и почти не изученный материал, характеризующий собирательскую, литературную и революционно-пропагандистскую практику народников 70-х гг., В. Г. Базанов во всей полноте раскрывает сущность того принципиального поворота, который революционно-демократическое народознание придало развитию русской фольклористики в последней трети XIX в. Главная цель демократического народознания состояла в постижении основных законов развития народного сознания и народного мировоззрения, в комплексном изучении народной социальной истории, экономического быта и народного художественного творчества, важнейших событий народной жизни.

«Хождение в народ» не ставило перед собой строго научные цели. Но в фольклорно-этнографическое изучение крестьянской России демократы-революционеры внесли свой вклад, причем большой и принципиальный. Они повернули фольклористику и этнографию к современности, к насущным вопросам крестьянской действительности,, вооружили народознание «теорией трудящихся»... Демократическое народознание, — заключает В. Г. Базанов, — не нами придуманная проблема, она выдвинута пореформенной жизнью России, общественным движением, подсказана народом и выстрадана русскими революционерами» (там же, с. 540 и сл.).

Таким образом, исследование В. Г. Базанова с исчерпывающей полнотой и конкретностью воссоздает характер и самую динамику тех важнейших и знаменательнейших процессов, которые происходили в народном социально-эстетическом сознании и в русской науке на втором этапе освободительного движения в России. Это было крупное открытие, в равной степени относящееся и к фольклористике, и к литературоведению, и к истории общественной мысли. Но значение книги «Русские революционные демократы и народознание» состоит еще и в том, что она продолжает и развивает проблематику предшествующих исследований В. Г. Базанова и в этом своем качестве позволяет представить процесс развития русского революционного народознания, определяемый развитием освободительного движения в России в органическом единстве двух первых его периодов. Благодаря этому появилась возможность, с одной стороны, говорить об определенных закономерностях данного процесса, с другой же — лучше понять существо тех форм, которые приняло народознание в последующие периоды. Народознание, в трактовке В. Г. Базанова, есть понятие диалектическое. Диалектика его в том, что, сопоставленное с фольклористикой литературоведением и литературой, оно может рассматриваться то как некое целое по отношению к своим частям, то, напротив, как их составная часть, необходимое условие их развития. Скажем, фольклористика в той мере, в какой она является наукой об определенной стороне духовной жизни народа, есть безусловно часть народознания. Однако в той мере, в какой она является специальной наукой, имеющей свой предмет и свои специальные методы, она есть не только народознание.

В принципе то же самое можно сказать и о художественной литературе. Она также является, строго говоря, одной из форм народознания, и совершенно так же народознание оказывается для нее необходимым условием наиболее глубокого постижения ею реальной действительности.

Этой стороне проблемы посвящены многие работы В. Г. Базанова последнего времени. «Об одном стихотворении» (1967}, «Оглядываясь на пройденный путь (К спорам о Державине и Карамзине)» (1969), «Поэзия Сергея Есенина» (1975), «Гремел мой прадед, Аввакум! (Аввакум. Клюев. Блок)» (1976), «“Плач о Есенине” Николая Клюева» (1977), «Олонецкий крестьянин и петербургский поэт» (1978), «Древнерусские ключи к “Ключам Марии” С. А. Есенина» (1978), «От мифа о “вечном древе” к социально-этической утопии (Сергей Есенин и Николай Клюев)» (1978), «Поэма о древнем Выге» (1979) — все эти статьи дают широкое представление как об источниках постижения литературой народной жизни, так и о богатейшем разнообразии самих форм этого постижения, т.е. в конечном счете вообще о литературе как художественной форме народознания. Нельзя не заметить, что в этих статьях, как и прежде в статьях о демократическом народознании, тоже видны весьма явственные признаки определенного проблемно-тематического цикла. И цикл этот, в сущности, есть не что иное, как третья часть той трилогии, первые две части которой — «Очерки декабристской литературы» и «Русские революционные демократы и народознание» — уже заняли свое место в истории науки, той трилогии, которая по праву могла бы называться «Литература и Народ». Потому что и все творчество Василия Григорьевича Базанова, историка литературы и фольклориста, публициста и литературного критика, неразрывно связано именно с этой великой темой.

Л. И. Емельянов

(По изд.: Русский фольклор. Поэтика русского фольклора.

Л.: Наука, 1981. Т. XXI. С. 223-226)

 


Биография | Стр. 1 из 2 | Список трудов